?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Протоиерей Александр Васильевич Горский (1812-1875) — выдающийся русский археограф и богослов. Среди его трудов — описание рукописей Синодальной библиотеки в Москве, составленное совместно с Невоструевым. В 1860 г. рукоположен в сан священника, а с 1862 г. — ректор Московской Духовной Академии. Среди рукописей, оставшихся после о. Горского, особое значение имеют его замечания на богословские сочинения А.С.Хомякова. Эти возражения появились по требованию свт. Филарета Московского, побудившего о. Горского к тому, чтобы тот опровергал Хомяковские идеи на лекциях. Известно также, что св. Филарет был недоволен излишней мягкостью критики о. Горского. 1i400Заметим, что славянофилы, в свою очередь, были непримиримыми противниками Православной догматики, изложенной в трудах и проповедях св. Филарета.

Прот. Горский весьма интересовался богословским учением Хомякова, воззрений его не разделял, опровергая на лекциях по догматике. А.В. Горский составил научный аппарат по вопросу о содержании слова «соборный» в славянском Символе веры.
----------------------------------------------------------------------------------
"Мое учение — не Мое, но Пославшего Меня (Ин. 7:16),- глаголал Христос Спаситель, указывая на единственный источник, из которого Сам почерпал возвещаемые Им истины. И о Духе Своем, Которого обещал послать Своим ученикам, как единственного Учителя, Который наставит их на всякую истину, возвестил: от Моего возьмет (Ин. 16:14), указывая тем на единство евангельского учения в его начале и дальнейшем развитии через апостолов.

Слово Христа, слово Духа Святаго, изглаголанное апостолами и дошедшее до нас в Писании и Предании, есть, таким образом, единственное свидетельство истины, на котором опиралась и опирается Церковь всех времен. Слово Церкви, слово отцов Церкви есть то же слово Христа в разъяснении. Поэтому самый простой и удобный способ для удостоверения в том, истинно ли какое-нибудь учение, состоит в сличении его с указанными несомненными свидетельствами истины. С этой мыслью предполагаем рассмотреть некоторые богословские статьи, принадлежащие А.С.Хомякову.

Статья, названная «Опыт катихизического изложения учения о Церкви», в самом начале своем дает такое понятие о Церкви: «Церковь не есть множество лиц в их личной отдельности, но единство Божией благодати, живущей во множестве разумных творений, покоряющихся благодати»[1, с. 3]. Чтобы яснее видеть характеристические особенности такого понятия о Церкви, противопоставим ему определение Церкви данное Православным катихизисом: «Церковь есть от Бога установленное общество человеков, соединенных православной верой, законом Божиим, священноначалием и таинствами».

С первого раза нельзя не видеть, что в Опыте обращается главное, и почти исключительное, внимание на внутреннее, одушевляющее и оживляющее начало Церкви,- Божественную благодать, и опускается из виду видимое органическое устройство Церкви.

«Церковь не есть множество лиц».- Конечно, так; однако же и без множества лиц не может быть Церкви. Пока «единство благодати» не перешло от Духа Святаго во множество лиц, дотоле не могло образовать из себя Церкви. Благодать принадлежит Духу Святому, но Дух Святой не есть Церковь и, наоборот, Церковь не есть Дух Святой. Или это будет не точное, не строго апостольское учение о Церкви, а подобное учению монтаниста Тертуллиана: «Церковь собственно и прежде всего есть Дух, а не число епископов».

Далее в Опыте Божественное начало церковной жизни называется именем благодати, следовательно, имеется ввиду преимущественно освящающая его сила, действующая посредством таинства. Но это не обнимает всей полноты жизни Божественной, действующей в Церкви. Христос Спаситель как в жизни Своей на земле явил Себя не только Жертвой и Первосвященником, но и Пророком и Царем, так и в Церкви Своей продолжает действовать и Своим словом, и Своей Божественной властью. Потому-то в понятии о Церкви, сообщаемом в Православном катихизисе, упоминается о вере православной, о законе Божием и о священноначалии, как необходимых принадлежностях Церкви.

В Опыте не совсем устранена и человеческая сторона Церкви; здесь говорится о множестве разумных творений, подчиняющихся благодати. Но «множество» не дает понятия о правильном органическом устройстве известного собрания лиц. По учению Православного катихизиса, Церковь не только множество, но и правильно организованное общество, общество богоустановленное, общество со своим священноначалием. Такое понятие о Церкви основывается во всех чертах своих на учении Христа Спасителя и апостолов.

Из этого сопоставления двух определений Церкви можно видеть, как многого недостает для точного и полного понятия о Церкви в Опыте. Этот недостаток не случайный, но во многом зависит от коренного взгляда на Церковь, который проходит через всю статью.

В изложенном понятии о Церкви, упомянув о множестве разумных творений, покоряющихся благодати, автор Опыта продолжает: «дается же благодать и непокорным и непользующимся ею (зарывающим талант), но они не в Церкви»[1, с. 3].- Что хочет этим сказать автор? По-видимому то, что все непокоряющиеся благодати не принадлежат к составу Церкви. Они приняли благодать, но не повиновались ее требованиям; получили талант, но не воспользовались им соответственно Божественному назначению. При решительном сопротивлении духу благодати они действительно выходят из Церкви и отсекаются от Церкви решением иерархии, и потому становятся вне Церкви, согласно со словами Спасителя: а если и Церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь (Мф. 18:17). Но, во-первых, почему же говорится, что и таким дается благодать? на чем основано такое учение? и как дается им благодать вне Церкви? Во-вторых, если же автор разумеет здесь не собственно отверженных членов Церкви, но грешников слабых, падающих, часто изменяющих благодати, то конечно справедливо то, что им еще дается благодать, но почему же автор ставит их вне Церкви? Правда, они не принадлежат к существу Церкви и не составляют здравых членов истинного тела Христова, но долготерпением Божиим еще держатся в составе истинной Церкви, и этим способом могут еще даже соделаться снова живыми членами ее. Христос Спаситель, по притче евангельской (Мф. 13:24-30 и 13:37-43), терпит на Своем поле и плевелы до жатвы. Это поле есть Царствие Божие, то есть Церковь.

В понятии о Церкви, сообщаемом в Опыте, мы не можем не заметить, что говорится здесь не о людях, а вообще о разумных творениях. И далее автор к числу членов Церкви присоединяет и ангелов, говоря: «живущий на земле, совершивший земной путь, несозданный для земного пути (как ангелы), не начинавший еще земного пути (будущие поколения), все соединены в одной Церкви,- в одной благодати Божией»[1, с. 3]. «Только в отношении к человеку,- говорит Опыт,- можно признавать раздел Церкви на видимую и невидимую»[1, с. 3].- Что же он разумеет под видимой Церковью, здесь не объясняется; приведем другие места, где автор касается того же предмета. В гл. 2 он говорит: «Церковь видимая или земная живет в совершенном общении и единстве со всем телом церковным, коего глава есть Христос»[1, с. 3].- Здесь Церковью видимой называется сущая на земле Церковь, не достигшая еще отечества небесного, а под именем всего тела Церковного разумеется та и другая Церковь совместно с миром ангельским. В гл. 8 сказано: «Церковь видимая не есть видимое общество христиан, но Дух Божий и благодать таинств живущих в этом обществе». Односторонность такого понятия о Церкви мы раскрыли выше. Не надобно быть духовнее духовного слова Божия. Церковь,- говорит оно,- есть тело Христово (Еф. 1:23). Это тело, по благодати Божией, суть все искупленные Иисусом Христом: мы, многие, составляем одно тело во Христе (Рим. 12:5).

«Церковь земная и видимая не есть еще полнота и совершение всей Церкви, которым Господь назначил явиться при конечном суде всего творения»[1, с. 4].- Если, по выражению автора, Церковь видимая есть Дух Божий и благодать таинств, то непонятно, на каком основании он утверждает, что полнота и совершение Церкви, то есть Духа Божия и благодати таинств, должны открыться только при конце мира.

«Церковь земная и видимая… творит и ведает только в своих пределах, не судя остальному человечеству»[1, с. 4].- То есть пребывающему в неверии язычества, иудейства и магометанства? Конечно так; своего суда о стоящих вне ее ограды она не износит, но знает суд Божий: неверующий«, то есть отвергающий ее проповедь, уже осужден (Ин. 3:18).

Церковь земная признается Хомяковым существующей с сотворения мира и признаками ее поставляются внутренняя святость и внешняя неизменность [1, с. 4]. Под именем святости разумеется не одна только нравственная чистота и совершенство духовное, но и вообще отсутствие всякой лжи. Непонятно, что разумеется под именем внешней неизменности и как утверждать внешнюю неизменность Церкви при переходе ее из Ветхого Завета в новозаветные события, тем более, что через несколько строк допускается внешнее изменение обряда не только при переходе ветхозаветной Церкви в новозаветную, но и в самой Церкви новозаветной.

Признаки Церкви — святость и неизменность — «познаются только ею самой и теми, которых благодать призывает быть ее членами. Для чуждых же и непризванных они непонятны»[1, с. 4].- Но разве во время борьбы Христианства с язычеством греко-римским не была примечаема и не действовала на язычников святость жизни членов Церкви? Разве Апостол не говорит: дабы тем, за что злословят вас, как злодеев, были постыжены порицающие ваше доброе житие во Христе (1 Петр. 3:16)? Разве Сам Спаситель не сказал: не может укрыться город, стоящий на верху горы (Мф. 5:14)? Конечно, божественное достоинство Церкви вполне может быть постигаемо только полными участниками ее духовных благ: о духовном надобно судить духовно. Но Церковь, разливая свой внутренний свет и вовне, невольно привлекает к себе взоры и стоящих вне ее, мало того, она не может сама не стараться о том, чтобы ее более и более познавали остающиеся еще в неведении Бога истинного и Его благодати. Так да светит свет ваш пред людьми (Мф. 5:16).

Хомяков говорит еще о чуждых и непризванных. Кто же не призывается благодатью в недра Церкви?

Спрашивается: достаточно ли указанных Хомяковым признаков для отличения истинной Церкви от заблуждающейся? Нет, по тому самому, что они, по признанию автора, для посторонних невидимы. В таком случае зачем же они и указываются?- Недостаток точного определения Церкви и строгого разграничения частных понятий о различных состояниях и отношениях Церкви много вредит ясному разумению высказываемых автором положений.

«В Церкви, то есть ее членах, зарождаются ложные учения, но тогда зараженные члены отпадают, составляя ересь или раскол и не оскверняя уже собой святости Церковной»[1, с. 5].- Но разве всегда заблуждение членов Церкви образует ересь или раскол? Как же опускать из внимания то, что и состоящие в недрах Церкви не свободны как от разных заблуждений, так и от заразы греха, но находятся в Церкви, как во врачебнице?

Хотя выше и указаны были два признака Церкви: внутренняя святость и внешняя неизменность, но в главе 4 снова говорится о четырех свойствах, отличающих общество Церкви от всякого иного общества человеческого, как они выражены в Символе веры [1, с. 5]. При этом в объяснение наименования Церкви «апостольскою» замечено, что «в Писании и учении апостольском содержится вся полнота ее веры, ее упований и ее любви». Но ниже, в главе 5, сказано: «нет пределов Писанию, ибо всякое Писание, которое Церковь признает своим, есть Священное Писание… было до нашего времени Священное Писание, и, если угодно Богу, будет еще Священное Писание»[1, с. 8].- Если под именем Писания разумеется именно то, что и следует разуметь, то есть Богодухновенные Писания, то, признавая полноту Писаний апостольских, для чего еще ожидать новых Богодухновенных Писаний? И на каком основании? Уравнивая Богодухновенные книги апостолов с собственно произведениями Церкви, как то: с символами, автор как будто забывает, что все ею принимаемые достоверные и несомненные истины уже основываются на словах Писаний апостольских.

«Ни одна община и ни один пастырь не могут быть признаны за хранителей всей веры»[1, с. 6].- Выше замечено, что в Писании и учении апостольском содержится вся полнота веры Церкви, ее упований и ее любви. Во II веке Церковь имела уже и Писания апостольские, и сохраняла их Предание. От второго века наследовала то и другое Церковь III века и так далее. Почему же и в настоящее время нельзя признать, что Церковь сохраняет в себе всю веру апостольскую?

«Всякая община христианская, не присваивая себе права догматического толкования или учения, имеет вполне право изменять свои обряды, вводить новые, не вводя в соблазн другие общины»[1, с. 6].- Почему нельзя учить догматически никакой общине на основании Слова Божия и Предания? А не на основании слова Божия и Предания не дозволяется учить и всей Церкви.- На каком основании всякой общине усвояется право изменять обряды без всяких ограничений? Что же это будет за порядок и благочиние, о которых так заботились апостолы? Обряды входят в состав и таинств. И здесь та же свобода, и притом для всякой общины? И почему предоставляется это право общине, а не епископу, тогда как известно, что устроение всех порядков в церкви Ефесской Апостол предоставил не самой церкви, но епископу Тимофею? Сам же автор говорит далее: «единством обрядов церковных должен дорожить всякий христианин».

«Дух Божий, живущий в Церкви, правящий ею и умудряющий ее, является в ней многообразно: в Писании, Предании и в деле, ибо Церковь, творящая дела Божии, есть та же Церковь, которая хранит Предание и писала Писание»[1, с. 6].- Почему всей Церкви усвояется написание святых книг, когда нам известно, например, что апостол Павел писал по данной ему премудрости, равно как и другие апостолы, не от лица той или другой церкви, но по данной им от Иисуса Христа власти? Почему автор соглашается сказать, что Церковь хранит Предание, следовательно, приняла его; а не соглашается сказать, что она также приняла и Писание?

«Не лица и не множество лиц в Церкви хранят Предание и пишут, но Дух Божий, живущий в совокупности церковной»[1, с. 6].- Везде автор уничтожает личную деятельность членов Церкви. Но Дух Божий не Сам непосредственно пишет и не через всю совокупность Церкви, а через избранных лиц, которые для того наделяются особыми дарами Духа на пользу Церкви. «Все ли апостолы? Все ли пророки? Все ли учители?» Вот язык апостольский.

«Потому ни в Писании искать основы Преданию, ни в Предании доказательств Писания, ни в деле оправдания для Писания и Предания — нельзя и не должно»[1, с. 6].- Отчего же не должно и нельзя? Если все от единого Духа, то одно другим необходимо должно доказываться. Единство начала, единство духа и силы должно служить верным ручательством истинности того, и другого, и третьего.

«Вне Церкви живущему непостижимо ни Писание, ни Предание, ни дело»[1, с. 6].- Если это принять безусловно, то напрасно трудятся распространять слово Божие все библейские общества, все миссионеры и переводчики Библии для язычников.- И Апостол говорит о настоящем состоянии в Церкви «отчасти разумеваем, отчасти пророчествуем». Итак, и живущие в Церкви (как апостолы) не все еще разумеют. Но и для живущих вне Церкви не все непостижимо в Писании, в Предании, в деле. Кто из язычников, читавших Евангелие, скажет, что нет для него ничего здесь постижимого?

«Всякий ищущий доказательств церковной истины тем самым или показывает свое сомнение и исключает себя из Церкви или дает себе вид сомневающегося»[1, с. 7]. Далее Хомяков говорит: «силы разума не доходят до истины Божией, и бессилие человеческое делается явным в бессилии доказательств».- Отрицая всякие способы удостоверения в Церковной истине, как показывающие сомнение и призывающие в участие разум, автор высказывает мысль, что от Предания одного, от Писания или от дела человек может почерпать знание только внешнее и неполное, и потому необходимо ложное.

Автор говорит: «не спрашивает Церковь: какое Писание истинно, какое Предание истинно и какой собор истинен и какое дело угодно Богу?»[1, с. 7].- Как же принято Писание Нового Завета и Ветхого Завета? без испытания? без исследования? Нет; как евангелисты поверяли одни сказания другими и передавали в своих книгах только то, что тщательно исследовали (Лк. 1:3), так и Церковь или свидетельством апостольским, или другими средствами историческими удостоверялась, что то или другое Писание есть истинно, и принимала его.

Вы, г-н Хомяков, скажете, что у Вас речь о Церкви в существе ее? Для Духа Божия, живущего в Церкви, если Вы Его разумеете под именем Церкви, как сказали выше, конечно нет нужды дознавать, какое Писание Его истинно. Но для чего говорить о том, что не подлежит никакому вопросу: если, по-Вашему, Дух Святый — Церковь, то Церковь — Дух Святый. А для Духа от Духа тайн, конечно, нет. В таком уравнении ничего не говорится о Церкви действительной, и о том, какое значение для нее имеет и Писание, и Предание, и дела. И как ей удостовериться и в том, и в другом, и в третьем? Кто ей это укажет? Для чего избегаете говорить об иерархии?

«Священным Писанием называется собрание ветхозаветных и новозаветных книг, которые Церковь признала своими. Но нет пределов Писанию: ибо всякое Писание, которое Церковь признает своим, есть Священное Писание. Таковы, по преимуществу, исповедания соборов и особенно Никео-Константинопольское. Посему, было до нашего времени Священное Писание, и, если угодно Богу, будет еще Священное Писание»[1, с. 7-8].- Позволительно ли православному богослову смешивать богодухновенные Писания Ветхого и Нового Завета с произведениями собственно церковными? Символические изложения церковного вероучения сами основываются на Писании. Таков символ Никео-Цареградский, выбранный по слову из Священного Писания.

«Будет еще Писание».- Автор пророчит нам новое откровение? Церковь нигде не высказывала такой надежды. Если будут новые Писания, то будут и новые догматы? Почему тогда не оправдывать и прибавление Filioque и другие новоизобретенные догматы досужего католичества?

«Не у всех одна вера, или одна надежда, или одна любовь; ибо ты можешь любить плоть, надеяться на мир и исповедывать ложь; можешь также любить, надеяться и веровать не вполне, а отчасти; и Церковь называет твою надежду надеждой, твою любовь любовью, твою веру верой; ибо ты их так называешь и она с тобой о словах спорить не будет»[1, с. 8].- Не значит ли это проповедывать совершенное отрицание истинной веры, надежды и любви? И как спорить Церковь не будет? А разве апостолы мало спорили с иудействующими об истинном значении веры? разве довольствовались их полуверием?- Если держаться строго этого воззрения, то нечего спорить ни с католичеством и протестантством, ни даже с кем-либо еще более чуждым православной Церкви; непонятны тогда собственные споры автора о Церкви.

«Сие исповедание (Никео-Константинопольское) постижимо, так же как и вся жизнь Духа, только верующему и члену Церкви»[1, с. 9].- Не много ли сказано: постижимо? Тайна Святой Троицы постижима ли? тайна Воплощения постижима ли? вся жизнь Духа постижима ли? Не хвалились постижением таких тайн и Апостолы, их провозглашавшие в своих Писаниях по откровению Духа Святаго.

«Общины христианские, оторвавшиеся от Святой Церкви, не могли уже исповедывать… исхождение Духа Святаго от Отца одного, в Самом Божестве; но должны были уже исповедывать одно только внешнее послание Духа во всю тварь, послание, совершаемое не только от Отца, но и через Сына»[1, с. 10].- Но, во-первых, Церковь римская, за нею и другие общины, не только исповедует так называемое внешнее послание Духа Святаго от Отца через Сына, но и признает исхождение Духа Святаго от Отца, только им одним не ограничивается, вопреки словам Спасителя. Во-вторых, непонятно, каким образом нарушение братской любви самовластным прибавлением нового догмата в общее исповедание без сношения с другими, восточными, братьями, должно было привести Церковь римскую к повреждению именно этого пункта вероучения? Почему не могла она правильно исповедывать только исхождение Духа Святаго? И, в-третьих, как считать это лжемудрование следствием нарушения духа любви, когда оно зародилось в духе римского богословия еще ранее этого нарушения и при помощи самомнения привело к разрыву братского союза?

«Благодать Божию утратили они [Церковь римская и другие] как в исповедании, так и в жизни»[1, с. 10].- Выше автор с крайней осторожностью выражался о язычниках и не признавал за Церковью права произносить на них суд осуждения. А здесь, помимо суда церковного, произносит решительный приговор на все западное христианство. (а разве приговор западным ересям, которые не имеют права по слову Свт. Игнатия Брянчанинова именоваться христианством - не вынесен Церковью? - прим.consensus)

«Утратили благодать в исповедании и жизни».- Однако Церковь православная признает в Церкви римской таинство крещения, не повторяет конфирмации, не рукополагает в ней рукоположенных. Что же? неужели это только наружная уступка, а не имеется основания в мысли, что благодать Святаго Духа еще не вполне отступила от западного христианства? (И здесь нельзя признать этот постулат прот. А. Горского православным, в этих словах А. Горского - отвержение Св. Предания Церкви , а именно 1-го Правила Св. Василия Великого об отсутствии  благодати и Таинств ВНЕ Церкви Христовой - в псевдоцерковных организациях, ересях и расколах, вне Православия. Хотя нужно отметить - именно эти воззрения были характерны для большинства богословов Российской Церкви конца 19-го, начала 20-го века. Именно поэтому католики и протестанты принимались в Российскую Церковь без крещения. И даже без миропомазания! Именно такое большинство "богословствующих", и ошибающихся, покинувшее советскую Россию и составило РПЦЗ, которая осудила Свт. Феофана Полтавского именно за его Православное Исповедание веры. Именно поэтому следуя ложной "ТРАДИЦИИ"  академической науки Дореволюционной Российской Церкви и прот. Михаил Помазанский как известно признавал некоторые таинства у римо-католиков - прим. consensus)

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
consensus
Nov. 24th, 2014 06:53 pm (UTC)
Акефалам - безпоповцам
Тем, кто соблазнился лжеучением С. Хомякова о Церкви как Духе Святом (что есть ересь Монтана), тем кто соблазнился ложным учением о том что человеку можно спастись только в Невидимой Церкви не пребывая при этом в Ее Видимой на земле части, тем, кто успокоился своим "спасением" БЕЗ иерархии и Таинств ВИДИМОЙ ЗЕМНОЙ ЦЕРКВИ - хочеться сказать : НЕТ ТАКОЙ ЦЕРКВИ ХРИСТОВОЙ, НЕ СУЩЕСТВУЕТ ЕЕ ТАКОВОЙ! Таковым заблуждающимся необходимо помнить слова Свщмч. Киприана Карфгенского: "Кому Церковь не Мать, тому и Бог не Отец" Запомните заблуждающиеся, отвергающие иерархию Церкви, отвергающие личное СОУЧАСТИЕ в жизни Церкви: "Церковь есть общество истинно-верующих в Господа Иисуса Христа Сына Божия людей, возрожденных Им и Духом Святым, соединенных в любви, в Таинствах, и под непрекращающимся воздействием Святого Духа достигающих совершенства"



Edited at 2014-11-26 07:45 am (UTC)
( 1 comment — Leave a comment )

Latest Month

July 2017
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Paulina Bozek