?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

По мнению автора, существуют [1, с. 10-11]: 1) Церковь невидимая, 2) Церковь видимая, то есть Дух Божий и благодать таинств и 3) видимое общество носящих имя христиан. Последнее он не удостаивает и имени Церкви, хотя сам сознает, что в этом видимом обществе невидимо пребывает Церковь на земле. Нет. Слово Божие и подлинное учение православной Церкви не так строго относятся к последнему, чтобы лишать его имени Церкви. В Откровении Иоанновом читаем откровение Иисуса Христа к седми церквам; большую часть этих церквей суд главы Церкви находит подлежащими обличению, следовательно, дает видеть, что не все члены этих церквей суть члены истинного тела Христова, и однако не лишает эти общества наименования Церкви. Апостол Павел обличает галатских христиан в важных уклонениях от чистоты веры и однако пишет свое послание церквам галатским, а не обществу. И Церковь православная, требуя от всех чистоты и святости жизни, в то же время не извергает из недр своих и заблуждающихся не по упорству, и грешников не нераскаянных, в чаянии их исправить при помощи благодати Божией и любви братий.

Сказав: «исповедуя едино крещение, как начало всех таинств, мы не отвергаем и других», после перечисления прочих шести таинств автор прибавляет: «много есть и других таинств, ибо всякое дело, совершаемое в Вере, Любви и Надежде, внушается человеку Духом Божиим и призывает невидимую Божию благодать» [1, с. 12].- Итак, автор не признает существенного различия между крещением или другими таинствами и всяким другим благодатным делом человека? Конечно, нет: он признает это различие. Для чего же смешивать понятия, без нужды не по указанию Церкви расширяя понятие о таинствах?

«Седмь таинств совершаются действительно не одним каким-нибудь лицом, достойным милости Божией, но всей Церковью в одном лице, хотя и недостойном» [1, с. 12]. И далее, говоря о рукоположениях, автор прибавляет: «таинство дает рукоположенному то великое значение, что, хотя и недостойный, он в совершении своего таинственного служения действует уже не от себя, но от всей Церкви, то есть от Христа живущего в ней»[1, с. 13].- Если вся Церковь совершает в лице одного, то, значит, всякий, без особого уполномочения, без особых даров благодати, без особого приготовления может совершать таинство, тем более, что автор говорит, конечно, о действительных членах истинной Церкви. Нет, вся Церковь избирает совершителя таинств, но не вся Церковь совершает таинства. Для совершения таинств нужно сообщение особой благодати, преподаваемой от Христа через Церковь. Иначе если вся Церковь совершает таинства, то не нужно и особое рукоположение и сообщение особой благодати для избираемого в служителя таинств. Или рукоположение должно будет обратиться в простой обряд, означающий только поручительство должности, а не призывание благодати, немощное врачующей и оскудевающее восполняющей. Церковь есть живой, оживляемый Духом Святым организм. В нем каждый орган имеет свое назначение и служение. «Если все тело глаз, то где слух? Если все слух, то где обоняние?» (1 Кор. 12:17,19). Если бы все были одним членом, то где было бы тело?

«Никакой Дух, кроме Бога, не может вполне назваться бестелесным»[1, с. 13].- Это изрекается, но не доказывается.

«Рукоположение содержит в себе всю полноту благодати, даруемой Христом Своей Церкви»[1, с. 13].- Не всю, а каждому преподается в своей мере. Могут быть и нерукоположенные облагодатствованы известными дарами Духа Святаго паче получивших Духа Святаго в рукоположении, хотя не приявшие таинства рукоположения и не позволяют себе совершение действий, предоставленных посвящающимся на служение алтарю.

«Сама же Церковь, сообщающая членам своим полноту духовных даров, назначила, в силу своей Богоданной свободы, различие в степенях рукоположения» [1, с. 13].- На чем основано это учение? Апостолы получили полноту даров духовных, но не от Церкви, а от Самого Христа, их избравшего и определившего на служение и потом ниспославшего им Духа Святаго. И апостол Павел говорит: Он поставил одних апостолами, других пророками, иных евангелистами, иных пастырями и учителями (Еф. 4:11). Видите, не от Церкви получают свои права и дары пастыри и учители. В другом случае Апостол говорит епископам: Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога (Деян. 20:28). Если бы различие степеней не исходило от Духа Святаго, как бы Церковь сама собой могла бы ограничить Его излияния на низшие степени или расширить на высшие? Епископов, пресвитеров и диаконов представляет нам еще Апостольская Церковь. Действие Апостолов в распределении этих степеней не может быть названо собственно церковным. Они давали и законы Церкви, но законы не свои, а Христовы.

Очевидно, как мало удовлетворительного заключают в себе слова Хомякова об иерархии. И однако это единственное место в Опыте, где говорится об учреждении иерархии. Но и здесь говорится о членах иерархии, только как о совершителях таинств,- не как об учителях веры и правителях Церкви.

Говоря о таинстве покаяния, автор высказывает мысль, что «одна только Церковь имеет силу оправдания»[1, с. 14].- Прощает грех нам, кающимся, Сам Господь Бог. Оправдываемся же мы, по учению Апостола, благодатию Иисуса Христа. Христос и Церковь не одно и то же. Церковь без Христа ничто, а Христос без Церкви есть Бог-Слово. Автор часто сливает Божественное и человеческое в понятии о Церкви.

«Церковь живет даже на земле не земной человеческой жизнью, но жизнью Божественной и благодатной. Посему не только каждый из ее членов, но и вся она торжественно называет себя святой»[1, с. 15].- Церковь несомненно есть святая, но не каждый член ее свят, хотя каждый из них званию святого причастен.

Церковь «не признает над собой ничьей власти, кроме собственной»[1, с. 15].- Глава Церкви видимой и невидимой есть Христос. Христос не член Церкви, чтобы Его власть Церковь могла считать своей. Где какой-либо апостол сказал, что Церковь не признает над собой никакой власти, кроме собственной? Напротив, апостол Павел говорит: Церковь повинуется Христу (Еф. 5:24). Церковь повинуется Христу, а не Христос повинуется Церкви.

Не потому Церковь положила младенцев крестить, миропомазывать и причащать, «чтобы осуждала некрещенных младенцев, коих ангелы всегда видят лице Божие; но положила сие по духу любви в ней живущему»[1, с. 17].- Сомнительной нам кажется мысль, будто все младенцы имеют своих ангелов. Господь, говоря о младенцах, что ангелы их всегда видят лице Отца небесного, не имеет ли ввиду сынов Завета, а не язычников? И Церковь, употребляя перед крещением заклинание, дает разуметь, что некрещенный состоит под другим блюдением, а не ангелов добрых, и только уже после заклинания молит: «сопрязи животу его ангела светла, избавляюща его от всякого навета сопротиволежащего»(молитва четвертая)[2, с. 31].

«Поклоняясь и славе святых, мы просим дабы прославил их Бог».- На чем основывается эта мысль? Вот на чем: «кто нам запретит просить, да прославит Он Святых Своих»[1, с. 19].- Не для всякого удовлетворительно такое основание.

«За неизбранных не молимся, как и Христос молился не о всем мире, но о тех, кого дал Ему Господь (Бог)»[1, с. 19].- Поскольку мы своим судом не можем определить, кто избран и кто не избран, то в этом не имеем и основания не молиться о ком-либо. Есть указания в Писаниях апостольских на грехи к смерти и грехи не к смерти. Есть грех к смерти,- говорит Иоанн Богослов,- не о том говорю, чтобы он молился (1 Ин. 5:16). Здесь основанием, почему не молиться, полагается грех видимый или греховное состояние, а не сокровенный от нас суд Божий. Что же касается до указания на пример Евангелия, то в настоящем случае он не идет к делу. Ходатай мира принес Свою жертву за всех. Правда, в первосвященнической молитве Сам Он говорит: Я о них молю: не о всем мире молю (Ин. 17:9), но это ограничение относится только к известной части Его молитвы. В дальнейшем Он молится и о верующих в Него по слову Апостолов.

Хомяков утверждает, что охраняет Церковь от погрешностей не иерархия, а народ, и приводит слова Грамоты патриархов 1848 года[3].

Это несправедливо. Он воображает, что после Вселенских соборов бывали какие-то еще рассуждения у неприсутствовавших на соборах о том, правильно ли решен тот или другой догматический вопрос, и только после рассмотрения и единогласного одобрения принимались эти определения[1, с. 44-45; 89; 64; 65 и др.]. Это фикция. Таких суждений никто снова не предпринимал, тем менее миряне. Если и было после некоторых соборов, именовавших себя вселенскими, опровержение их, как после собора иконоборческого или флорентийского, то не миряне единственно восставали, но с ними и остальные иерархи, на соборе не присутствовавшие или на соборе терпевшие насилие. Что касается до слов Грамоты, то она имеет ввиду только внешнее охранение, а не развитие и разъяснение учения. Во времена гонения на Православие множество православных естественно должно было защищать пастырей своих, готовых стоять за Православие, и императоры опасались их трогать, например, Валент — Василия Великого. С другой стороны, конечно, и пастыри иногда побаивались своего народа, когда они желали в чем-либо изменить истине. В этом смысле говорится, что и наш раскол немало способствовал сохранению нашей Церкви в древнем ее положении. Но это не дает еще права объяснять непогрешимость Церкви миром, то есть обществом мирян, помимо иерархии: без учителей веры, что было бы это стадо?

На сс. 338-339 [1, письмо 5-е к Палмеру] Хомяков, выясняя свое понятие о Церкви в отличие не только от учения католиков и протестантов, но и в отличие от православных богословов, будто бы не освободившихся от влияния западной науки, ссылается на Грамоту восточных патриархов.

Слова Грамоты передаются по памяти и неточно. По переводу послания, помещенному в «Христианском чтении»[3, с. 163-172], вот как излагается указанное место. Папа, упрекая восточных в разных недостатках, между прочим писал: между вами не могло сохраниться единства учения и священного управления. Отвечая на это, послание говорит: «у нас Православие сохранило соборную (katholikin) Церковь непорочною невестою Жениху ее, хотя мы и не имеем никакого светского надзирательства (astinomian kosmikin) или, как говорит Его Блаженство, «священного управления» (ieran epistasian), а только соединены союзом любви и усердия к общей матери, в единстве веры, запечатленной семью печатями Духа, то есть семью вселенскими соборами, и в послушании истине»[3, с. 160-161]. По этому переводу выходит странная мысль, будто патриархи, священноначальники Церкви восточной, сами сознаются, что у них нет священного управления. Или они не то хотят сказать. Отражая обвинение в недостатке единства управления, они соглашаются, что нет у них того мирского градоправления (astinomian), то есть мирского владычества, какое присвоил себе папа под благовидным наименованием «священного управления», но все патриархи соединены между собой общей любовью к своей Церкви, единством веры и послушанием истины. Этого союза любви, веры и послушания достаточно для сохранения истины в чистоте и Церкви — в неразрывности. Итак, дело идет совсем не об отрицании иерархии и ее обязанности учить и хранить истину исповедания. Под именем ieran epistasian, от которого отрицаются патриархи, они разумеют не свою власть, а папскую власть.

Далее Грамота прибавляет: «У нас ни патриархи, ни соборы никогда не могли ввести что-нибудь новое, потому что хранитель благочестия у нас есть само тело Церкви, то есть сам народ, который всегда желает сохранить веру свою неизменной и согласной с верой отцов его, как то испытали многие и из пап, и латинствующих патриархов, со времени разделения нисколько не успевшие в своих покушениях против нее» [3, с. 162-163]. Здесь говорится не собственно об учительстве, и не приписывается учительство народу или каждому из членов Церкви, и не отрицается ни право, ни обязанность иерархии учить, а только указывается, какую услугу Церкви оказывал и оказывает самый простой народ на Востоке своей верностью Православию, дабы тем отразить папское приглашение к союзу, обращенное к патриархам. Какое участие в учительстве и охранении истин Православия усвояют восточные иерархи самой иерархии, можно видеть из того же послания: «Наши святые и божественные отцы и предшественники, непрерывно преемствующие друг другу, начиная от апостолов и поставленных апостолами преемников их даже до настоящего времени, составляя одну неразрывную цепь и соединяясь рука в руку, образуют священную ограду, которой дверь — Христос, где пасется вся православная паства на плодородных нивах таинственного Эдема»[3, с. 168].

Расширяя право учительства на всех, Хомяков говорит[1, с. 55]: «в истинной Церкви нет Церкви учащей». Само понятие об учительстве он предлагает не в строгом догматическом значении его: «всякое слово,- говорит он далее, — внушенное чувством истинно христианской любви, живой веры или надежды, есть поучение»[1, с. 56].- Но никакого права не имеется отказываться от понятия об учительстве в строгом его смысле. Учение веры заключает в себе тайны не для всех доступные, потому апостол Павел заповедует Тимофею принятое от него учение передать другим верным, которые будут способны иных научать. Потому от епископа и требовалось, чтобы он был учителен.

Не стоим за фразу «церковь учащая» в отличие от Церкви учимой; не присваиваем иерархии наименование Церкви в каком-то исключительном смысле. Все пастыри и пасомые, учащие и наставляемые суть члены единой Церкви. Но с другой стороны странно слышать из уст православного такие слова: «кто обращает учительство в чью-либо исключительную привилегию, впадает в безумие; кто приурочивает учительство к какой-либо должности, предполагая, что с ней неразлучно связан божественный дар учения, тот впадает в ересь»[1, с. 58-59]. Православный верит, что обязанность учительства в Церкви лежит главным образом на епископе и, потом, по его поручению, на подчиненных ему служителях алтаря, что для этих степеней предварительно ищется член Церкви учительный и испрашивается ему освящение сего дара. А прочим сказано: «не многие делайтесь учителями» или «учить жене не позволяю».

Хомяков говорит, что епископам Церковь предоставляет «право и честь объявлять ее догматические решения»[1, с. 121]. Спрашивается, кто же постановляет эти догматические решения? Конечно, не одно какое-либо лицо, например, папа, а сама Церковь. Где же? без сомнения, на соборах. Через кого? через кого же иначе, как через епископов? Только здесь в постановлении решений принимают участие они все, и епископы же потом объявляют, каждый в своей области, утвержденное на соборе учение, но не как свое постановление, но как определение догматическое и правило Церкви.

Хомяков говорит, что Церковь «оставляет за собой право судить о том, верно ли засвидетельствованы ее вера и ее Предание»[1, с. 121]. Это выводится из истории некоторых соборов, даже имевших притязания на наименование вселенских, которые однако же потом были отринуты Церковью, например, собор Флорентийский. Но что же? кто отрицал его? кто осудил его? Народ, но не один народ. А формально осудили его патриархи и епископы, не бывшие во Флоренции, патриархи, которые давали полномочия своим местоблюстителям, представлявшим их лица на соборе, и которые потом могли, и даже обязаны были, поверить действия своих представителей на соборе.

Хомяков говорит, что Церковь «никого из своих членов не лишает высокого права поучать слову Божию» [1, с. 121]. То есть он хочет сказать, что и мирянин может воспользоваться правом учительства в Церкви. Правило 64 Шестого Вселенского собора говорит не то: «не подобает мирянину пред народом произносити слово, или учити, и тако брати на себя учительское достоинство, но повиноватися преданному от Господа чину,- отверзати ухо приявшим благодать учительского слова и от них поучатися Божественному». Излагая основание этой заповеди, собор продолжает: «Ибо в единой Церкви разные члены сотворил Бог, по слову Апостола (1 Кор. 12:27), которое изъясняя Григорий Богослов ясно показывает находящийся в них чин, глаголя: сей, братия, чин почтим, сей сохраним: сей да будет ухом, а тот языком; сей рукою, а другой иным чем-либо; сей да учит, тот да учится. И после немногих слов далее глаголет: учащийся да будет в повиновении, раздающий да раздает с веселием, служащий да служит с усердием. Да не будем все языком, аще всего и ближе сие, ни все апостолами, ни все пророками, ни все истолкователями»[4, с. 86].- Приведши это наставление, Собор постановил мирянина за нарушение этого правила подвергать сорокадневному отлучению от общения церковного. Итак нельзя сказать, чтобы Церковь признавала за всеми из своих членов право учительства.

БИБЛИОГРАФИЯ:

[1] Хомяков А.С. Сочинения богословские. под ред. Ю.Самарина//Полное собрание сочинений. Т. 2. Прага,1867.
[2] Требник. Часть 1. М.,1991.
[3] Грамота 1848 года собора четырех восточных патриархов и 29 епископов в ответ на послание папы Пия 9 о соединении церквей// Христианское чтение. 1849. Часть 2.
[4] Каноны или книга правил. Монреаль:Братство прп. Иова Почаевского,1974.

ПОСЛЕСЛОВИЕ:

В свое время о. Горский не опубликовал своей статьи против Хомякова, но показывал ее своему единомышленнику Петру Симоновичу Казанскому (+1878), богослову и историку, преподавателю МДА.

П.С.Казанский откликнулся своими записками:

«Вы говорите о таинствах, а не упомянули о миропомазании, в учении о котором особенно погрешает Хомяков, давая ему значение, так сказать, благодати священства для всех христиан. Это его учение раскрыто в полемических статьях против лютеран и католиков».

«Нужно отрешиться совсем от наших понятий о Церкви, чтобы стать на точку зрения Хомякова. Благодать дается, то есть предлагается, в учении ли слове жизни, или в естественном законе, или в непосредственном действии Святаго Духа всем разумным тварям, и ангелам, и человекам. Это широкое, всеобщее действие Духа Божия и есть та Церковь, которая принимается Хомяковым… В тесном же смысле Церковью он называет тех, которые в душе своей причастны благодати. Поэтому у него видимая Церковь, то есть общество собственно христиан, определяется как Дух Божий и благодать таинств».

«Выражение Хомякова «Церковь земная и видимая не есть еще полнота всей Церкви» означает, что в полноту ее якобы входит и невидимая Церковь, существующая среди нехристиан».


«Очень рад, что Вы решились сопоставить здравое учение с учением фантазии».

Статья прот. А.В. Горского и замечания П.С.Казанского печатаются нами по изданию: Замечания прот. А.В.Горского на богословские сочинения А.С.Хомякова//Богословский вестник. М.,1900. ноябрь. Т. 3. С. 516-543.

Latest Month

July 2017
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Paulina Bozek